Единственная из женщин, которую казнили в Новой Зеландии
Минни Дин — местная легенда, вроде Бабайки. Новозеландским детям говорили, что если они будут плохо себя вести, злая Минни Дин придет за ними и утащит за собой в ад. Она была (и с большой вероятностью останется) единственной казненной женщиной в Новой Зеландии — стране зеленых лугов и идиллических пейзажей. Дин давала приют детям, от которых отказались родители, а потом — по слухам — убивала их.
Вильямина Дин родилась в 1844 году. Она была дочерью обычного кондуктора, хотя выдавала себя за образованную женщину из среднего класса. Зарабатывала Дин тем, что давала приют детям, от которых отказались родители, — разумеется, за деньги. Известно, что под ее присмотром в разное время находилось 27 детей, 10 из которых выжили, 6 — умерли, судьба остальных туманна. Сама Дин утверждала, что семерых детей усыновили, а приемные родители не пожелали раскрывать свои личности и просили держать усыновление в секрете. Но полиция была уверена, что пропавшие дети не попали в заботливые семьи, а были убиты.
Кем же она была?
Сейчас бы мы назвали Минни Дин «опекуншей», но тогда использовался термин «фермер детей» (baby farmer). В те года — речь идет о середине-конце XIX века — дети, рожденные вне брака, подвергались общественному остракизму. Дин прибыла в Новую Зеландию из Шотландии. Женщину, уличенную в бесчестье, ждало суровое наказание или даже смерть. Но за каких-нибудь 10-20 фунтов женщины вроде Минни Дин могли решить проблему. Отчаявшиеся семьи платили Минни деньги, а она обещала позаботиться о нежелательном ребенке. Известно, что как минимум 16 из 27 детей-воспитанников Минни были внебрачными.
Минни была не единственной женщиной, кто промышлял подобным образом. Некоторые семьи были вполне любящими, но это была не главная их функция. «Фермеры детей» должны были избавить женщину от нежелательного ребенка, и это главное.
Вильямина приплыла в Новую Зеландию прямиком из Шотландии, по слухам, чтобы как-то спрятать собственного внебрачного ребенка. Там она встретила Чарльза Дина, человека слабохарактерного и неряшливого. Чарльз любил выпить и с работой у него не ладилось. Они жили какое-то время в Саутлэнде, то погрязая в нищете, то выныривая из нее ненадолго. Но в конце концов семья переехала в Уинтон.
Чарльз Дин стал разводить свиней, а Вильямина забирала к себе за плату нежелательных детей, просто чтобы свести концы с концами. В 1880—1890 годы Минни даже дала в газету несколько анонимных объявлений: «Уважаемая замужняя дама хочет усыновить ребенка, удобный дом в деревне».
Историк Линли Худ в своей книге «Минни Дин: ее жизнь и преступления» (Minnie Dean: Her Life and Crimes) пишет: «Не может быть никаких сомнений, что Минни любила своих воспитанников (возможно, одних больше, чем других), и она намеревалась заботиться о них, насколько это было в ее силах».
В 1890 году полиция заинтересовалась деятельностью семьи Дин: к тому времени на ее попечении находилось примерно 9 детей до трех лет. Конечно, дом был перенаселен. Он был грязным, дети — неухоженными, а год назад шестимесячный малыш умер. Что, впрочем, для тех времен было не такой уж редкостью — детская смертность была высока. Но семья Дин по-прежнему давала объявления о том, что возьмет на попечение еще детей. Что происходило с малышами за дверями их дома — загадка, которую полиция собиралась решить.
В 1895 году полицейским удалось кое-что обнаружить. Газетчик видел, как Минни Дин входила в поезд, неся с собой ребенка и коробку со шляпой. Но когда она возвращалась, малыша уже не было.
Позже Дин призналась, что, войдя в поезд, она положила ребенка на подушку. Малышка спала. Дин дала девочке смертельную дозу лауданума — настойки опиума, которой лечили в те времена буквально все. Не рассчитав количество, она убила ребенка, и чтобы спрятать собственное преступление, спрятала ее в коробке для шляпы. Тело мертвой девочки и еще двух детей нашли похороненными в саду семьи Дин, Минни отправили в суд.
Это была сенсация: не впервые женщина представала перед судом, но впервые ей выдвигали столь серьезные обвинения. Процесс был несколько театральным.
Местные ловкачи и вовсе состряпали жуткий бизнес — продавали кукол, изображающих малышей в коробках для шляп.
Дин представляли монстром, детоубийцей. Хуже было то, что она принадлежала к системе «детских ферм». Женщины уже представали перед судом за детоубийство до этого, но смертную казнь им заменили на пожизненное заключение.
Минни Дин стала брендом, суд над ней превратился в спектакль, который с охотой посещали все от мала до велика.
Летним утром 1895 года Дин повесили. Когда шериф спросил, хочет лишь она что-то сказать напоследок, Минни ответила: «Нет, кроме того, что я невиновна». Газеты утверждали позже, что когда люк под ней открылся, Дин выкрикнула: «Боже, не дай мне страдать!»
Полиция же плотно занялась детскими фермами. С тех пор, если родители оставляли детей до четыре лет на чье-то попечение на несколько дней за деньги, это место должно было быть зарегистрировано как приемная семья.
На протяжении столетия Дин занимала прочное место в новозеландском фольклоре. Ею пугали детей, которые плохо себя вели, ее призрак нередко объявлялся то тут, то там, не предвещая ничего хорошего. Но спустя сотню лет о Минни Дин заговорили иначе.
Быть может, она вовсе не была злодейкой? Это не значит, что она не убивала детей, — она вполне могла отравить их по неграмотности и беспечности, но сделать это непреднамеренно.
В 2009 году дальний родственник Вильямины заплатил за то, чтобы на ее могилу поставили могильный камень. И хотя туда по-прежнему не возлагают цветов, ее история теперь выглядит далеко не так однозначно.
Вильямина Дин родилась в 1844 году. Она была дочерью обычного кондуктора, хотя выдавала себя за образованную женщину из среднего класса. Зарабатывала Дин тем, что давала приют детям, от которых отказались родители, — разумеется, за деньги. Известно, что под ее присмотром в разное время находилось 27 детей, 10 из которых выжили, 6 — умерли, судьба остальных туманна. Сама Дин утверждала, что семерых детей усыновили, а приемные родители не пожелали раскрывать свои личности и просили держать усыновление в секрете. Но полиция была уверена, что пропавшие дети не попали в заботливые семьи, а были убиты.
Кем же она была?
Сейчас бы мы назвали Минни Дин «опекуншей», но тогда использовался термин «фермер детей» (baby farmer). В те года — речь идет о середине-конце XIX века — дети, рожденные вне брака, подвергались общественному остракизму. Дин прибыла в Новую Зеландию из Шотландии. Женщину, уличенную в бесчестье, ждало суровое наказание или даже смерть. Но за каких-нибудь 10-20 фунтов женщины вроде Минни Дин могли решить проблему. Отчаявшиеся семьи платили Минни деньги, а она обещала позаботиться о нежелательном ребенке. Известно, что как минимум 16 из 27 детей-воспитанников Минни были внебрачными.
Минни была не единственной женщиной, кто промышлял подобным образом. Некоторые семьи были вполне любящими, но это была не главная их функция. «Фермеры детей» должны были избавить женщину от нежелательного ребенка, и это главное.
Вильямина приплыла в Новую Зеландию прямиком из Шотландии, по слухам, чтобы как-то спрятать собственного внебрачного ребенка. Там она встретила Чарльза Дина, человека слабохарактерного и неряшливого. Чарльз любил выпить и с работой у него не ладилось. Они жили какое-то время в Саутлэнде, то погрязая в нищете, то выныривая из нее ненадолго. Но в конце концов семья переехала в Уинтон.
Чарльз Дин стал разводить свиней, а Вильямина забирала к себе за плату нежелательных детей, просто чтобы свести концы с концами. В 1880—1890 годы Минни даже дала в газету несколько анонимных объявлений: «Уважаемая замужняя дама хочет усыновить ребенка, удобный дом в деревне».
Историк Линли Худ в своей книге «Минни Дин: ее жизнь и преступления» (Minnie Dean: Her Life and Crimes) пишет: «Не может быть никаких сомнений, что Минни любила своих воспитанников (возможно, одних больше, чем других), и она намеревалась заботиться о них, насколько это было в ее силах».
В 1890 году полиция заинтересовалась деятельностью семьи Дин: к тому времени на ее попечении находилось примерно 9 детей до трех лет. Конечно, дом был перенаселен. Он был грязным, дети — неухоженными, а год назад шестимесячный малыш умер. Что, впрочем, для тех времен было не такой уж редкостью — детская смертность была высока. Но семья Дин по-прежнему давала объявления о том, что возьмет на попечение еще детей. Что происходило с малышами за дверями их дома — загадка, которую полиция собиралась решить.
В 1895 году полицейским удалось кое-что обнаружить. Газетчик видел, как Минни Дин входила в поезд, неся с собой ребенка и коробку со шляпой. Но когда она возвращалась, малыша уже не было.
Позже Дин призналась, что, войдя в поезд, она положила ребенка на подушку. Малышка спала. Дин дала девочке смертельную дозу лауданума — настойки опиума, которой лечили в те времена буквально все. Не рассчитав количество, она убила ребенка, и чтобы спрятать собственное преступление, спрятала ее в коробке для шляпы. Тело мертвой девочки и еще двух детей нашли похороненными в саду семьи Дин, Минни отправили в суд.
Это была сенсация: не впервые женщина представала перед судом, но впервые ей выдвигали столь серьезные обвинения. Процесс был несколько театральным.
Местные ловкачи и вовсе состряпали жуткий бизнес — продавали кукол, изображающих малышей в коробках для шляп.
Дин представляли монстром, детоубийцей. Хуже было то, что она принадлежала к системе «детских ферм». Женщины уже представали перед судом за детоубийство до этого, но смертную казнь им заменили на пожизненное заключение.
Минни Дин стала брендом, суд над ней превратился в спектакль, который с охотой посещали все от мала до велика.
«Боже, не дай мне страдать»
Летним утром 1895 года Дин повесили. Когда шериф спросил, хочет лишь она что-то сказать напоследок, Минни ответила: «Нет, кроме того, что я невиновна». Газеты утверждали позже, что когда люк под ней открылся, Дин выкрикнула: «Боже, не дай мне страдать!»
Полиция же плотно занялась детскими фермами. С тех пор, если родители оставляли детей до четыре лет на чье-то попечение на несколько дней за деньги, это место должно было быть зарегистрировано как приемная семья.
Не все так однозначно
На протяжении столетия Дин занимала прочное место в новозеландском фольклоре. Ею пугали детей, которые плохо себя вели, ее призрак нередко объявлялся то тут, то там, не предвещая ничего хорошего. Но спустя сотню лет о Минни Дин заговорили иначе.
Быть может, она вовсе не была злодейкой? Это не значит, что она не убивала детей, — она вполне могла отравить их по неграмотности и беспечности, но сделать это непреднамеренно.
В 2009 году дальний родственник Вильямины заплатил за то, чтобы на ее могилу поставили могильный камень. И хотя туда по-прежнему не возлагают цветов, ее история теперь выглядит далеко не так однозначно.
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.