Необычные криптовалюты СССР
Почему в Советском Союзе универсальным платежным средством была пол-литровая бутылка водки и на какие блага жизни мог рассчитывать счастливый обладатель почетной грамоты? Про эти и другие неденежные средства оплаты в классическом брежневском СССР читайте в нашем выпуске.
В сугубо утилитарном смысле термин «криптовалюта» обозначает некие электронные единицы, которые могут использоваться в ряде сделок. Никакое государство не обеспечивает этот вид средств платежа. Однако если смотреть на все эти криптовалюты шире, то важным в их сущности является вовсе не то, что они существуют благодаря глобальным компьютерным сетям и китайским фермам для майнинга. Важнее — что это стихийно возникшее средство платежей, не подчиняющееся никаким государственным ограничениям. Это и есть сущность криптовалюты. А электронная форма — это малозначимая акциденция. Ну а как СССР? Были ли в классическом брежневском СССР криптовалюты? Конечно были. Правда, они были не такие хай-тековые.
Первое, что приходит на ум в плане советской криптовалюты, — это, конечно, пол-литра. Не водка как таковая, а именно пол-литровая бутылка водки. В советской сельской местности это была очень твердая криптовалюта, с помощью которой можно было нанять работников на весьма широкий спектр работ. Впрочем, в советских городах пол-литра также котировался в качестве платежного средства.
Безусловной криптовалютой были разные талоны. Например, талоны за сданные килограммы макулатуры весьма котировались в соответствующих кругах советских граждан, изнывающих по хорошей литературе. Талон за сданные 5 или 10 кг макулатуры можно было перепродать.
Продуктовые талоны, кстати, криптовалютой не являлись — потому что один из важных признаков криптовалюты — массовость хождения. А талоны на продукты свободного хождения не имели, ибо «самим было мало». То есть, конечно, какие-то спекуляции такими талонами имели место, но сами талоны криптовалютой не становились. Никто не хранил дома пачку талонов на продукты в расчете на то, что их можно использовать в качестве суррогатных денег.
В детской среде криптовалютой были фантики от жвачки. На фотографии, кстати, моя детская коллекция, любовно собранная в 70-х годах XX века. Конечно, это была ограниченная криптовалюта, поскольку импортной жвачки в брежневском СССР было маловато — на всех советских детей категорически не хватало. Но на красивый фантик, особенно японский с роботами, можно было выменять немало радостей жизни.
В известной степени фиктивной криптовалютой можно считать советские облигации госзайма. При добром товарище Сталине, который очень любил трудящихся, оных трудящихся обдирали как липку, насильно всучая им пачки облигаций госзайма. Почти в каждой советской семье хранились эти пачки, передаваемые по наследству. Старые люди верили, что когда-нибудь государство все же вернет «взятое взаймы». И в принципе в итоге государство в самом деле стало гасить эти облигации. Правда, те, у кого в 30-50-х были изъяты деньги в обмен на красивые облигации, этого уже не дождались. Ну, внукам подфартило. Но я сейчас не про этот мрачный этап обворовывания населения коммунистическим государством. Я про облигации как таковые.
Чеки Внешпосылторга под определение криптовалюты не подходили. Потому что они а) выпускались государством и б) имели фиксированный государственный курс. При этом, разумеется, курс черного рынка был иным. Но все же это не криптовалюта.
В какой-то степени советской криптовалютой можно считать почетные грамоты. Правда, с большой оговоркой. Почетные грамоты, разумеется, нельзя было менять на какие-то материальные активы. Да и продавать было невозможно. Потому что, с одной стороны, это было бессмысленное барахло. Советское государство изобрело его (говорят, что изобрел лично Сталин), чтобы обманывать простодушных советских трудящихся. Вместо того чтобы за конкретную дополнительную работу выплачивать конкретные премии, трудящимся чаще всего выдавали почетные грамоты. Поначалу, в 30-х годах, в силу не очень высокого культурного уровня большинства советских людей это даже работало. Человек в самом деле мог быть счастлив и горд, что ему за ударную работу не заплатили как следует, а выдали кусок картона с яркими картинками.
К 70-м, конечно, народ стал поумнее. Однако при этом, поскольку почетные грамоты в совдепе использовались как специфическое средство оплаты труда, они содержали в себе некоторую экономическую ценность. Ценность эта заключалась в том, что у человека, имеющего грамоты, были преимущества при распределении материальных благ по сравнению с теми, кто грамот не имел.
Также грамоты могли дать дополнительные бонусы. Например, при поступлении в институт абитуриент с кучей грамот (без разницы за что) имел больше шансов на поступление.
А вообще, в стране со скудной материальной жизнью, каковой всю дорогу являлся СССР, криптовалютой могло стать почти все, что было дефицитом или давало возможность получить доступ к дефициту.
В сугубо утилитарном смысле термин «криптовалюта» обозначает некие электронные единицы, которые могут использоваться в ряде сделок. Никакое государство не обеспечивает этот вид средств платежа. Однако если смотреть на все эти криптовалюты шире, то важным в их сущности является вовсе не то, что они существуют благодаря глобальным компьютерным сетям и китайским фермам для майнинга. Важнее — что это стихийно возникшее средство платежей, не подчиняющееся никаким государственным ограничениям. Это и есть сущность криптовалюты. А электронная форма — это малозначимая акциденция. Ну а как СССР? Были ли в классическом брежневском СССР криптовалюты? Конечно были. Правда, они были не такие хай-тековые.
Первое, что приходит на ум в плане советской криптовалюты, — это, конечно, пол-литра. Не водка как таковая, а именно пол-литровая бутылка водки. В советской сельской местности это была очень твердая криптовалюта, с помощью которой можно было нанять работников на весьма широкий спектр работ. Впрочем, в советских городах пол-литра также котировался в качестве платежного средства.
Безусловной криптовалютой были разные талоны. Например, талоны за сданные килограммы макулатуры весьма котировались в соответствующих кругах советских граждан, изнывающих по хорошей литературе. Талон за сданные 5 или 10 кг макулатуры можно было перепродать.
Продуктовые талоны, кстати, криптовалютой не являлись — потому что один из важных признаков криптовалюты — массовость хождения. А талоны на продукты свободного хождения не имели, ибо «самим было мало». То есть, конечно, какие-то спекуляции такими талонами имели место, но сами талоны криптовалютой не становились. Никто не хранил дома пачку талонов на продукты в расчете на то, что их можно использовать в качестве суррогатных денег.
В детской среде криптовалютой были фантики от жвачки. На фотографии, кстати, моя детская коллекция, любовно собранная в 70-х годах XX века. Конечно, это была ограниченная криптовалюта, поскольку импортной жвачки в брежневском СССР было маловато — на всех советских детей категорически не хватало. Но на красивый фантик, особенно японский с роботами, можно было выменять немало радостей жизни.
В известной степени фиктивной криптовалютой можно считать советские облигации госзайма. При добром товарище Сталине, который очень любил трудящихся, оных трудящихся обдирали как липку, насильно всучая им пачки облигаций госзайма. Почти в каждой советской семье хранились эти пачки, передаваемые по наследству. Старые люди верили, что когда-нибудь государство все же вернет «взятое взаймы». И в принципе в итоге государство в самом деле стало гасить эти облигации. Правда, те, у кого в 30-50-х были изъяты деньги в обмен на красивые облигации, этого уже не дождались. Ну, внукам подфартило. Но я сейчас не про этот мрачный этап обворовывания населения коммунистическим государством. Я про облигации как таковые.
Чеки Внешпосылторга под определение криптовалюты не подходили. Потому что они а) выпускались государством и б) имели фиксированный государственный курс. При этом, разумеется, курс черного рынка был иным. Но все же это не криптовалюта.
В какой-то степени советской криптовалютой можно считать почетные грамоты. Правда, с большой оговоркой. Почетные грамоты, разумеется, нельзя было менять на какие-то материальные активы. Да и продавать было невозможно. Потому что, с одной стороны, это было бессмысленное барахло. Советское государство изобрело его (говорят, что изобрел лично Сталин), чтобы обманывать простодушных советских трудящихся. Вместо того чтобы за конкретную дополнительную работу выплачивать конкретные премии, трудящимся чаще всего выдавали почетные грамоты. Поначалу, в 30-х годах, в силу не очень высокого культурного уровня большинства советских людей это даже работало. Человек в самом деле мог быть счастлив и горд, что ему за ударную работу не заплатили как следует, а выдали кусок картона с яркими картинками.
К 70-м, конечно, народ стал поумнее. Однако при этом, поскольку почетные грамоты в совдепе использовались как специфическое средство оплаты труда, они содержали в себе некоторую экономическую ценность. Ценность эта заключалась в том, что у человека, имеющего грамоты, были преимущества при распределении материальных благ по сравнению с теми, кто грамот не имел.
Также грамоты могли дать дополнительные бонусы. Например, при поступлении в институт абитуриент с кучей грамот (без разницы за что) имел больше шансов на поступление.
А вообще, в стране со скудной материальной жизнью, каковой всю дорогу являлся СССР, криптовалютой могло стать почти все, что было дефицитом или давало возможность получить доступ к дефициту.
Комментариев 1
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.