Шокирующие работы фотографа, жившего в психиатрической лечебнице
Украинский фотограф Степан Рудик с разрешения руководства пожил некоторое время в больнице для душевнобольных и по-другому взглянул на тех, кто там содержится.
Степан Рудик родился 6 декабря 1982 года в Измаиле (Одесская область). Окончил Киевский национальный университет культуры и искусств по специальности «Фотоискусство». Снимает репортажи, портреты, жанровую фотографию. Член Союзов фотохудожников Украины и России. Обладатель гран-при международных конкурсов, стипендиат Национального польского культурного центра Gaude Polonia в 2010 году.
Особых проблем с подопечными у меня не возникало. Я сразу подружился с пациентом моего возраста, он почти постоянно находился рядом со мной в качестве охранника.
Сначала, правда, все шарахались от меня, но на второй день стали привыкать и ко мне, и к фотоаппарату.
В какой-то момент сам начинаешь сомневаться в своей нормальности, но у меня был фотоаппарат, и он стал моим мостиком в привычный мир. Просто удивительно, какой-то маленький кусок металла со стеклышками, а какой эффект!
Для меня принцип документальной съёмки — невмешательство в происходящее, наблюдение без режиссуры, хотя человек с фотоаппаратом просто своим появлением уже меняет действительность.
Конечно, было страшно оставаться на ночь в палате с пациентами (я хотел максимально погрузиться в тему) и ещё страшнее просыпаться.
Помню, когда проснулся, первое, что увидел, это как пациент мыл шваброй стены.
Я ни в коем случае не хотел унижать достоинство человека своими снимками, и у меня не было целью показывать, в каких условиях находятся и живут пациенты. «Другие» — это проект-наблюдение.
Когда мы видим одного из тех, что спрятаны цивилизованными странами в клиниках для душевнобольных, мы смотрим на него сверху вниз. Мы думаем, что с нами такого никогда не произойдёт. Мы прячемся за собственным неведением и равнодушием.
Эта психиатрическая клиника находится в бывшей тюрьме НКВД. За ней — единственный в городе со стотысячным населением роддом; рядом больница, справа от неё — горисполком; слева — тюрьма, тоже единственная в городе. И в центре этого треугольника — она.
Я не хочу рассказывать истории пациентов и то, по каким причинам они там находятся — это их личное. Надо не забывать, что фотограф несёт ответственность за каждый миллиметр в своей фотографии. Могу лишь сказать, что на сегодняшний день больше половины пациентов, кого я фотографировал, уже давно нет в живых (проект был снят в 2006 году. — Прим. ред).
Степан Рудик родился 6 декабря 1982 года в Измаиле (Одесская область). Окончил Киевский национальный университет культуры и искусств по специальности «Фотоискусство». Снимает репортажи, портреты, жанровую фотографию. Член Союзов фотохудожников Украины и России. Обладатель гран-при международных конкурсов, стипендиат Национального польского культурного центра Gaude Polonia в 2010 году.
Особых проблем с подопечными у меня не возникало. Я сразу подружился с пациентом моего возраста, он почти постоянно находился рядом со мной в качестве охранника.
Сначала, правда, все шарахались от меня, но на второй день стали привыкать и ко мне, и к фотоаппарату.
В какой-то момент сам начинаешь сомневаться в своей нормальности, но у меня был фотоаппарат, и он стал моим мостиком в привычный мир. Просто удивительно, какой-то маленький кусок металла со стеклышками, а какой эффект!
Для меня принцип документальной съёмки — невмешательство в происходящее, наблюдение без режиссуры, хотя человек с фотоаппаратом просто своим появлением уже меняет действительность.
Конечно, было страшно оставаться на ночь в палате с пациентами (я хотел максимально погрузиться в тему) и ещё страшнее просыпаться.
Помню, когда проснулся, первое, что увидел, это как пациент мыл шваброй стены.
Я ни в коем случае не хотел унижать достоинство человека своими снимками, и у меня не было целью показывать, в каких условиях находятся и живут пациенты. «Другие» — это проект-наблюдение.
Когда мы видим одного из тех, что спрятаны цивилизованными странами в клиниках для душевнобольных, мы смотрим на него сверху вниз. Мы думаем, что с нами такого никогда не произойдёт. Мы прячемся за собственным неведением и равнодушием.
Эта психиатрическая клиника находится в бывшей тюрьме НКВД. За ней — единственный в городе со стотысячным населением роддом; рядом больница, справа от неё — горисполком; слева — тюрьма, тоже единственная в городе. И в центре этого треугольника — она.
Я не хочу рассказывать истории пациентов и то, по каким причинам они там находятся — это их личное. Надо не забывать, что фотограф несёт ответственность за каждый миллиметр в своей фотографии. Могу лишь сказать, что на сегодняшний день больше половины пациентов, кого я фотографировал, уже давно нет в живых (проект был снят в 2006 году. — Прим. ред).
Комментариев 2
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.