Утрированные рефлексии на собственное увечье Яна Мащински
Отсутствующие конечности, резиновый поросенок в побеге от фаллоимитатора, сосиска в космосе — утрированные рефлексии на собственное увечье и шопоголизм в портфолио немецкого фотографа Яна Мащински.
Ян Мащински рефлексирует над собственной привычкой скупать ненужное и превращает свою инвалидность в тему для размышлений. Гротеск и гипербола — в каждом его снимке. Главное желание Яна — чтобы при взгляде на фото люди думали не только о том, кто мог это снять, но и немного о себе.
— Я начал заниматься фотографией, когда мне было 22. Я тогда изучал прикладную информатику, но понял, что мир строгих правил не для меня, — и бросил. Мне всегда хотелось заниматься чем-то более творческим.
Мои ранние снимки были похожи на классические картины маслом, потому что именно к ним я обращался за вдохновением. Затем я стал более гротескным, начал работать с телами, собирать из них коллажи. Тогда родилась моя главная тема на сегодняшний день: как отразить на теле «недуги», чтобы это символизировало ментальное или физическое состояние. Я стал показывать внутреннее ощущение на внешней оболочке.
Мой стиль — прямой, утрированный, нереальный, вылепленный, отполированный, цветной.
Серия «Удушение» родилась из моего шопоголизма. Каждый раз, глядя на продаваемые вещи — в магазинах, на блошиных рынках, онлайн, — я машинально представляю себе картинки с ними. Этот проект выстраивает сам себя: в нем освобождающий эффект бесцельной на первый взгляд последовательности снимков сменяется подсознательным сообщением, заложенным мной как автором.
«Неудача» — работа о петарде, взорвавшейся над моим правым глазом в 1993 году: в результате он навсегда перестал видеть. Она юморная, но все равно жесткая. «Вихрь» тоже о моем личном опыте.
Я снимаю всех и повсюду. Незнакомцы, друзья, коллеги… Я не мешаю им пялиться в камеру — это создает пустоту, которую должен наполнить зритель; это делает снимок и ситуацию в нем менее понятной для него. Только он решает, что происходит на фото, — иногда люди испытывают такие сильные эмоции, которые я никогда не смог бы вызвать.
Все мои снимки, кроме фотографий из «Удушения», где много смыслов, имеют свою интенсивность и тему. Она может быть мазохистской, юморной, секситской, просто оптической иллюзией. Перемещения между разными смыслами развивают мой мозг.
Глядя на мои работы, люди делают выводы обо мне. А я бы хотел, чтобы они думали о себе — возможно, они смогут найти в себе отклик и связь с ними.
Мне не очень интересно показывать свои фото людям, которые и так зависают в музеях. Я хотел бы пробудить интерес в тех, кто далек от элиты.
Ян Мащински рефлексирует над собственной привычкой скупать ненужное и превращает свою инвалидность в тему для размышлений. Гротеск и гипербола — в каждом его снимке. Главное желание Яна — чтобы при взгляде на фото люди думали не только о том, кто мог это снять, но и немного о себе.
— Я начал заниматься фотографией, когда мне было 22. Я тогда изучал прикладную информатику, но понял, что мир строгих правил не для меня, — и бросил. Мне всегда хотелось заниматься чем-то более творческим.
Мои ранние снимки были похожи на классические картины маслом, потому что именно к ним я обращался за вдохновением. Затем я стал более гротескным, начал работать с телами, собирать из них коллажи. Тогда родилась моя главная тема на сегодняшний день: как отразить на теле «недуги», чтобы это символизировало ментальное или физическое состояние. Я стал показывать внутреннее ощущение на внешней оболочке.
Мой стиль — прямой, утрированный, нереальный, вылепленный, отполированный, цветной.
Серия «Удушение» родилась из моего шопоголизма. Каждый раз, глядя на продаваемые вещи — в магазинах, на блошиных рынках, онлайн, — я машинально представляю себе картинки с ними. Этот проект выстраивает сам себя: в нем освобождающий эффект бесцельной на первый взгляд последовательности снимков сменяется подсознательным сообщением, заложенным мной как автором.
«Неудача» — работа о петарде, взорвавшейся над моим правым глазом в 1993 году: в результате он навсегда перестал видеть. Она юморная, но все равно жесткая. «Вихрь» тоже о моем личном опыте.
Я снимаю всех и повсюду. Незнакомцы, друзья, коллеги… Я не мешаю им пялиться в камеру — это создает пустоту, которую должен наполнить зритель; это делает снимок и ситуацию в нем менее понятной для него. Только он решает, что происходит на фото, — иногда люди испытывают такие сильные эмоции, которые я никогда не смог бы вызвать.
Все мои снимки, кроме фотографий из «Удушения», где много смыслов, имеют свою интенсивность и тему. Она может быть мазохистской, юморной, секситской, просто оптической иллюзией. Перемещения между разными смыслами развивают мой мозг.
Глядя на мои работы, люди делают выводы обо мне. А я бы хотел, чтобы они думали о себе — возможно, они смогут найти в себе отклик и связь с ними.
Мне не очень интересно показывать свои фото людям, которые и так зависают в музеях. Я хотел бы пробудить интерес в тех, кто далек от элиты.
Комментариев 1
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.