Как большевики воевали с памятниками

У каждой эпохи свои памятники. Являясь воплощением духа времени, его главных идей и эстетических приоритетов, они о многом могут поведать потомкам. Однако история знает немало примеров, когда пришедшие поколения пытались напрочь стереть с лица земли вещественные символы прежней власти, а вместе с ними – память о своих предшественниках. Именно так поступили большевики после революции 1917 года – советская власть признала памятники царизму «уродливыми истуканами».

Каким памятникам «проклятого царизма» досталось больше всех и вне очереди

По замыслу советского правительства, ничто не должно было напоминать о государстве, которое прекратило своё существование и никогда уже не возродится. Такая позиция была утверждена законодательно – декретом Совнаркома «О памятниках Республики», в котором монументы в честь российских монархов и их сподвижников объявлялись не имевшими ни исторической, ни художественной ценности и подлежащими демонтажу и утилизации. Одним из первых пострадал уникальный монумент, первый московский конный памятник – герою Русско-турецкой войны генералу Михаилу Скобелеву, вошедшему в историю как «Белый генерал». Варварское мероприятие было приурочено к пролетарскому празднику – 1 мая. Масштабную композицию с изображением батальных сцен и подвигов русских воинов без сожаления отправили на переплавку.

По одной из версий, аналогичная судьба постигла в Костроме памятник юному государю Михаилу Фёдоровичу и спасшему его Ивану Сусанину, чья судьба стала ярким примером жизни за царя. Срочной ликвидации подлежал также один из главных памятников страны – мемориальный комплекс в Кремле, посвящённый Александру II. Память царя-освободителя, ставшего жертвой террористов, очень чтили в России. Во многих городах стояли его скульптурные изображения, и практически все они были уничтожены революционной властью.

Как имперские памятники превращались в трибуны и теряли ценность

Кампания по борьбе с монументами носила характер явного вандализма. Складывалось впечатление, что пролетариям недостаточно было просто уничтожить памятники. В их действиях просматривалось желание надругаться над монументами, осквернить их. Так, например, в Москве памятник героям Плевны был превращён в туалет, а Черниговской губернии скульптуру генерала Скобелева сбросили в выгребную яму.

Чудовищно циничное применение большевики нашли для остатков вышеупомянутого мемориального комплекса Александра II: пустоты, образовавшиеся в основании памятника, превратили в захоронения для расстрелянных врагов революции. Весьма распространённым актом стало использование памятников венценосным особам в качестве трибун для митингов. Взбираться на статуи бывших самодержцев, попирать их ногами – что может быть символичнее?!

Сохранились заметки в большевистских газетах о том, как революционно настроенные рабочие обращались к толпе с колен бронзовой фигуры Александра III у храма Христа Спасителя. Похожие случаи были зафиксированы в Петрограде – с памятником этому же монарху возле Николаевского вокзала и Екатерине II на Невском проспекте. Нередко ораторы не ограничивались пламенными речами и размахиванием знамёнами, а норовили закрепить красный флаг в руке царственной особы, о чем тоже немало свидетельств прессы.

Ещё один шаг в обесценивании скульптурного наследия царской России – принятие решения вычеркнуть имперские памятники из категории объектов государственной важности.

Новое время – новые памятники

Как говорится, свято место пусто не бывает. На смену старым обелискам – «царям и их слугам» – пришли новые, как того требовал декрет «О памятниках Республики». Сей документ предписывал организацию масштабного конкурса по разработке проектов монументов, знаменующих величие революционных достижений. Осенью 1918 года первой жертвой «монументальной пропаганды» стала небольшая стела в Александровском саду, возведённая к 300-летию правления династии Романовых. Не мудрствуя лукаво, пролетарские деятели искусств спилили венчающего монумент двуглавого орла, а вместо изображения Георгия Победоносца и памятной надписи поместили список выдающихся революционеров.

Чуть позже высокой чести быть увековеченным в Стране Советов удостоился Максимилиан Робеспьер. Однако лидер Французской революции продержался в Александровском саду недолго: известного политического деятеля изваяли из бетона и гипса, которые не выдержали первых же заморозков. Спешка, с которой большевики сооружали монументы, не позволяла скульпторам сосредоточиться на задании и основательно проработать художественную идею каждого творения. Поэтому вместо героических, по-настоящему интересных образов нередко возникали банальные изделия, не выдерживающие никакой критики. Справедливости ради нужно отметить, что откровенно неудачные, примитивные памятники вскорости были демонтированы. Среди них – памятник Марксу и Энгельсу, который в своё время открывал лично Ленин.

Как волна сноса монументов «царям и их слугам» прокатилась по всей России

Ураган борьбы с монументальным наследием царского режима пронёсся по всей стране. В Киеве демонтировали установленный на народные пожертвования памятник Александру ІІ и на его месте водрузили фигуру, символизирующую нового советского человека. В Екатеринбурге бронзовое изображение этого императора последовательно сменяли так называемая Статуя свободы, бюст Маркса и скульптура человека освобождённого труда. А в Саратове статую Александра ІІ заменили на гипсовый бюст Чернышевского.

Ещё один символ свободы – разбивающий на земном шаре цепи пролетарий – оказался в Симферополе на месте памятника императрице Екатерине ІІ. Небольшой уральский городок Кушва был известен памятником в честь спасения императора Александра ІІІ после покушения на него на железной дороге под Харьковом. После того, как статуя государя была уничтожена, на постаменте появился символ мировой революции – деревянный глобус на шпиле. В Киеве волна гнева украинского пролетариата распространилась даже на династию Рюриковичей: с пьедестала свергли княгиню Ольгу, а на её место водрузили памятник Тарасу Шевченко, простоявший, правда, недолго из-за некачественных материалов.