Как одна шутка привела к восстанию в Новочеркасске
События, произошедшие в 1962 году в городе Новочеркасске, были строго засекречены и впервые широкие массы узнали о них только в годы перестройки. Восстание, при подавлении которого погибли 26 человек, а десятки получили ранения, началось на Новочеркасском электровозостроительном заводе им. Буденного (НЭВЗ) и охватило почти весь город. Причин для бунта у горожан хватало, а вот катализатором стала одна лишь фраза, в шутку брошенная уважаемым человеком.
Для Новочеркасского завода 1962 год был особенно важным, так как предприятие осваивало выпуск новых электровозов ВЛ80, призванных заменить устаревшие ВЛ60. В те годы СССР стремился быть впереди планеты всей и новая машина должна была стать самой мощной и экономной в мире.
Всего в 1962 году НЭВЗ должен был выпустить 457 новых электровозов, в числе которых были два инновационных ВЛ80. К ответственной работе завод готовился заранее — в его цеха были завезены новые станки, вошедшие в первую крупную волну технического переоснащения.
Только вот с монтажом нового оборудования у заводчан не складывалось — сроки были безнадежно сорваны и в ближайшее время запуск станков не предвиделся. Руководителя предприятия сильно «крепили» из Москвы — стране были нужны электровозы, а новые ВЛ80, о выпуске которых уже радостно оповестили полмира, стали вопросом политическим.
Директор завода Борис Курочкин ежедневно докладывал в столицу о том, как обстоят дела с установкой новых станков. Грамотный управленец и отличный инженер, Курочкин был нередким гостем в цехах своего предприятия. В 1962, когда на карту было поставлено многое, а вопрос лично контролировал Никита Хрущев, директор проводил среди рабочих каждую свободную минуту.
У директора завода была одна неприятная черта — он никогда не стеснялся выражений и, нередко, вел себя с подчиненными оскорбительно. Среди работников НЭВЗ в 60-е годы были разные люди. Среди них было немало квалифицированных специалистов и интеллигентных инженеров, но были и люди с криминальным прошлым.
Неважные условия труда, плохое решение бытовых вопросов и небольшие зарплаты способствовали текучке кадров. Самой острой проблемой для заводчан была жилищная — предприятие тогда не строило жилья и многим приходилось снимать комнату или даже койку у частников. При средней зарплате 100 рублей, за жилье ежемесячно приходилось отдавать 25-30 рублей.
Сюда стоит добавить, что в Новочеркасске, как и во всей стране, в 1962 году было неважно с продуктами. Нет, люди не голодали, но с полок магазинов периодически пропадали такие важные продукты, как хлеб, крупы и молоко. В общем, обстановка на заводе и в городе была в целом довольно напряженная и в этой ситуации директор Курочкин прибег к непопулярным методам.
Чтобы ускорить монтаж станков и как можно скорее выдать стране обещанную продукцию, он принял решение об интенсификации труда и изменение расценок. С января 1962 года заработная плата рабочих предприятия уменьшилась на треть — таким образом Курочкин хотел стимулировать заводчан работать продуктивнее.
В этот совсем неподходящий момент в стране было объявлено о повышении цен на многие основные продукты питания, в том числе хлеб, мясо и яйца. Новость вызвала у рабочих ропот и в сталелитейном цехе собрался стихийный митинг.
Литейщики всегда считались привилегированными работниками и их ситуация возмутила больше всего. Курочкин снизил им оплату труда позже, чем другим, не в январе, а мае 1962 года и первая урезанная июньская зарплата точно совпала с повышением цен.
В тот момент, когда литейщики активно обсуждали сложившуюся ситуацию, в цех зашел Борис Курочкин и, увидев, что производство стоит, сразу повысил голос. В пылу спора директор отпустил злую шутку: «Нет денег на мясо и колбасу, ешьте пирожки с ливером». Именно она и переполнила чашу терпения рабочих, которые приняли решение бастовать.
Завод полностью остановился, а 5 тысяч его рабочих вышли на площадь перед заводоуправлением. Курочкина после реплики о пирожках уже никто не слушал, поэтому к протестующим вышел первый секретарь обкома партии Александр Басов.
Партийный функционер с ходу взял неверный тон и из толпы в него полетели камни. Попутно досталось главному инженеру завода Елкину, которого начала избивать толпа. Позднее свидетели утверждали, что его собирались сжечь живьем. Милиции с трудом удалось отбить инженера, которому все же изрядно досталось.
Волнения разрастались и к заводчанам начали присоединяться горожане. В толпе появились оскорбительные плакаты, были перекрыты несколько улиц и железнодорожная магистраль. 2 июня людей стало еще больше и они наотрез отказывались расходиться.
В город были введены военные и танки, которыми власти пытались рассеять толпу. В суматохе кто-то отобрал у рядового Репкина автомат, из-за этого открыли огонь на поражение. Всего 2 июня были убиты 26 человек, а 87 получили огнестрельные ранения. 35 военнослужащих получили травмы разной степени тяжести, но среди них погибших не оказалось.
После этих событий в Новочеркасске прошли показательные суды, которые вынесли приговоры 100 участникам беспорядков. Семь из них получили высшую меру наказания и были расстреляны, а остальные отправились в колонии отбывать солидные сроки.
Что касается директора завода Бориса Курочкина, со злой шутки которого началось Новочеркасское восстание, то его просто уволили. События 1-2 июня 1962 года привлекли внимание к проблемам заводчан и для них, наконец, начали строить жилье и завозить своевременно продукты.
Электровозы ВЛ80 вскоре стали основной продукцией НЭВЗ и, спустя совсем немного времени, были признаны наиболее распространенными на железных дорогах мира.
Для Новочеркасского завода 1962 год был особенно важным, так как предприятие осваивало выпуск новых электровозов ВЛ80, призванных заменить устаревшие ВЛ60. В те годы СССР стремился быть впереди планеты всей и новая машина должна была стать самой мощной и экономной в мире.
Всего в 1962 году НЭВЗ должен был выпустить 457 новых электровозов, в числе которых были два инновационных ВЛ80. К ответственной работе завод готовился заранее — в его цеха были завезены новые станки, вошедшие в первую крупную волну технического переоснащения.
Только вот с монтажом нового оборудования у заводчан не складывалось — сроки были безнадежно сорваны и в ближайшее время запуск станков не предвиделся. Руководителя предприятия сильно «крепили» из Москвы — стране были нужны электровозы, а новые ВЛ80, о выпуске которых уже радостно оповестили полмира, стали вопросом политическим.
Директор завода Борис Курочкин ежедневно докладывал в столицу о том, как обстоят дела с установкой новых станков. Грамотный управленец и отличный инженер, Курочкин был нередким гостем в цехах своего предприятия. В 1962, когда на карту было поставлено многое, а вопрос лично контролировал Никита Хрущев, директор проводил среди рабочих каждую свободную минуту.
У директора завода была одна неприятная черта — он никогда не стеснялся выражений и, нередко, вел себя с подчиненными оскорбительно. Среди работников НЭВЗ в 60-е годы были разные люди. Среди них было немало квалифицированных специалистов и интеллигентных инженеров, но были и люди с криминальным прошлым.
Неважные условия труда, плохое решение бытовых вопросов и небольшие зарплаты способствовали текучке кадров. Самой острой проблемой для заводчан была жилищная — предприятие тогда не строило жилья и многим приходилось снимать комнату или даже койку у частников. При средней зарплате 100 рублей, за жилье ежемесячно приходилось отдавать 25-30 рублей.
Сюда стоит добавить, что в Новочеркасске, как и во всей стране, в 1962 году было неважно с продуктами. Нет, люди не голодали, но с полок магазинов периодически пропадали такие важные продукты, как хлеб, крупы и молоко. В общем, обстановка на заводе и в городе была в целом довольно напряженная и в этой ситуации директор Курочкин прибег к непопулярным методам.
Чтобы ускорить монтаж станков и как можно скорее выдать стране обещанную продукцию, он принял решение об интенсификации труда и изменение расценок. С января 1962 года заработная плата рабочих предприятия уменьшилась на треть — таким образом Курочкин хотел стимулировать заводчан работать продуктивнее.
В этот совсем неподходящий момент в стране было объявлено о повышении цен на многие основные продукты питания, в том числе хлеб, мясо и яйца. Новость вызвала у рабочих ропот и в сталелитейном цехе собрался стихийный митинг.
Литейщики всегда считались привилегированными работниками и их ситуация возмутила больше всего. Курочкин снизил им оплату труда позже, чем другим, не в январе, а мае 1962 года и первая урезанная июньская зарплата точно совпала с повышением цен.
В тот момент, когда литейщики активно обсуждали сложившуюся ситуацию, в цех зашел Борис Курочкин и, увидев, что производство стоит, сразу повысил голос. В пылу спора директор отпустил злую шутку: «Нет денег на мясо и колбасу, ешьте пирожки с ливером». Именно она и переполнила чашу терпения рабочих, которые приняли решение бастовать.
Завод полностью остановился, а 5 тысяч его рабочих вышли на площадь перед заводоуправлением. Курочкина после реплики о пирожках уже никто не слушал, поэтому к протестующим вышел первый секретарь обкома партии Александр Басов.
Партийный функционер с ходу взял неверный тон и из толпы в него полетели камни. Попутно досталось главному инженеру завода Елкину, которого начала избивать толпа. Позднее свидетели утверждали, что его собирались сжечь живьем. Милиции с трудом удалось отбить инженера, которому все же изрядно досталось.
Волнения разрастались и к заводчанам начали присоединяться горожане. В толпе появились оскорбительные плакаты, были перекрыты несколько улиц и железнодорожная магистраль. 2 июня людей стало еще больше и они наотрез отказывались расходиться.
В город были введены военные и танки, которыми власти пытались рассеять толпу. В суматохе кто-то отобрал у рядового Репкина автомат, из-за этого открыли огонь на поражение. Всего 2 июня были убиты 26 человек, а 87 получили огнестрельные ранения. 35 военнослужащих получили травмы разной степени тяжести, но среди них погибших не оказалось.
После этих событий в Новочеркасске прошли показательные суды, которые вынесли приговоры 100 участникам беспорядков. Семь из них получили высшую меру наказания и были расстреляны, а остальные отправились в колонии отбывать солидные сроки.
Что касается директора завода Бориса Курочкина, со злой шутки которого началось Новочеркасское восстание, то его просто уволили. События 1-2 июня 1962 года привлекли внимание к проблемам заводчан и для них, наконец, начали строить жилье и завозить своевременно продукты.
Электровозы ВЛ80 вскоре стали основной продукцией НЭВЗ и, спустя совсем немного времени, были признаны наиболее распространенными на железных дорогах мира.
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.