Почему пропали плазменные телевизоры

Плазменные телевизоры когда-то были символом технологического прогресса и роскоши, украшая гостиные и обещая кинематографическое качество изображения. Их яркие цвета, глубокий контраст и широкие углы обзора покорили миллионы. Но сегодня плазма — лишь воспоминание.

История плазменных телевизоров началась в 1964 году в лаборатории Университета Иллинойса. Учёные Дональд Битцер, Джин Слоттоу и их студент Роберт Уилсон работали над проектом PLATO, пытаясь создать дисплей для учебных компьютеров, который был бы легче громоздких кинескопных терминалов. Их изобретение оказалось гениальным: панель из множества крошечных ячеек, заполненных смесью ксенона и неона, зажатых между двумя стеклянными пластинами. Электрический заряд превращал газ в плазму, заставляя фосфоры светиться и формировать изображение. Так родилась технология, которая спустя десятилетия изменила наши дома.

Долгие годы плазма оставалась лабораторной диковинкой, но к 1980-м годам ею заинтересовались производители электроники. В 1992 году японская компания Fujitsu представила 21-дюймовый плазменный дисплей, а в 1997 году выпустила первый массовый телевизор с диагональю 42 дюйма. Его цена в двадцать тысяч долларов делала его игрушкой для богатых, но это был поворотный момент. Вскоре Philips, Pioneer, Panasonic, Samsung, LG и NEC подключились к гонке, и плазма начала завоёвывать мир. В отличие от кинескопных телевизоров, которые занимали полкомнаты и весили как шкаф, плазма предлагала тонкие экраны, которые можно было повесить на стену, открывая новую эру.

К началу 2000-х плазма захватила рынок больших экранов. LCD тогда ещё не могли соперничать по качеству на диагоналях свыше 40 дюймов, и плазма заполнила эту нишу. В 2005 году продажи достигли шести миллионов устройств в год, а к 2010 году рынок пережил пик — восемнадцать миллионов четыреста тысяч телевизоров, как подсчитала аналитическая фирма Omdia. Модели вроде Panasonic Viera PA30, одной из первых в линейке, и Pioneer Kuro задавали стандарты, к которым стремились все.

Плазма завоевала сердца миллионов не случайно. Её качество изображения было чем-то невероятным для того времени. Каждый пиксель светился сам по себе, без подсветки, создавая глубокий чёрный цвет и контрастность, которая доходила до десяти тысяч к одному. Цвета были такими живыми, что фильмы и спортивные трансляции выглядели почти как в реальной жизни.

Широкие углы обзора делали плазму идеальной для больших компаний. В отличие от ранних LCD, где картинка тускнела при взгляде сбоку, плазма оставалась яркой и чёткой с любого ракурса. Высокая частота обновления обеспечивала плавность движений без размытия. Экшен-фильмы, спортивные матчи и видеоигры оживали на экране.

Размер экрана был ещё одним козырем. Плазма позволяла создавать панели от 42 до 65 дюймов, а в 2010 году Panasonic представила на выставке CES 152-дюймовый прототип с разрешением 4K, поразивший всех. Эти телевизоры можно было повесить на стену, превратив гостиную в домашний кинотеатр. В эпоху, когда кинескопы всё ещё занимали полкомнаты, плазма была революцией — она сделала большие экраны реальностью для обычных людей.

Но даже в свои лучшие годы плазма не была безупречной. Её энергопотребление вызывало вопросы с самого начала. 50-дюймовый телевизор мог расходовать от 250 до 400 ватт, особенно если на экране доминировали яркие сцены. Для сравнения, LCD обходились сотней или двумястами ватт. Panasonic в поздних моделях, таких как Viera VT60, сократила расход, но плазма так и не стала образцом экономии, что тревожило тех, кто считал расходы на электричество.

Яркость оставалась слабым местом. Плазменные экраны выдавали от 80 до 150 нит, из-за чего в светлых комнатах изображение выглядело бледнее, чем хотелось бы. В магазинах, где телевизоры демонстрировались под яркими лампами, плазма проигрывала LCD, которые легко достигали четырёхсот нит. Покупатели замечали разницу сразу, и это влияло на их выбор, даже если дома, в приглушённом свете, плазма раскрывалась во всей красе.

Выгорание экрана стало проблемой, о которой говорили все. Статичные элементы — логотипы каналов, тикеры новостей или интерфейсы видеоигр — могли оставить следы, если были на экране слишком долго. Геймеры, проводившие часы за консолями, нередко жаловались, что их экраны теряют первозданный вид.

Производство тоже добавляло сложностей. Плазменные панели были тяжёлыми —50-дюймовая модель весила от 30 до 40 килограммов из-за стеклянной конструкции и сложной электроники, тогда как LCD укладывались в 20. Создание панелей с высоким разрешением обходилось дорого, а во время производство было много брака, что вынуждало компании повышать цену на качественные экраны. К тому же плазма выделяла тепло и иногда издавала лёгкий гул от системы охлаждения, что могло раздражать в тишине.

Когда рынок начал требовать всё более высокое разрешение, плазма столкнулась с пределом. Увеличение плотности пикселей оказалось сложной задачей. В то время как Full HD становился нормой, а 4K уже маячил на горизонте, технология начала отставать. Panasonic удалось выпустить 42-дюймовую модель с 1080p, но даже она не стала хитом из-за цены и производственных трудностей.

К концу 2000-х плазма начала терять позиции. LCD-телевизоры, которые долгое время уступали по качеству, стремительно догоняли. Новые типы подсветки сделали их ярче, легче и экономичнее. Цены на LCD падали, потому что их производство поддерживали десятки компаний, включая китайские и тайваньские фирмы. К 2010 году LCD обогнали плазму по продажам, захватив рынок телевизоров среднего и крупного размера.

Плазма требовала огромных вложений в исследования, чтобы устранить свои слабости, но таких усилий было мало. Samsung и LG, ключевые игроки рынка, рассматривали плазму как временное решение, сосредоточившись на LCD. Для корейских компаний плазма была страховкой на случай, если LCD не оправдают надежд. Их финансовые ресурсы позволяли вкладывать миллиарды долларов в исследования, строительство заводов и массовое производство LCD, что снижало стоимость телевизоров. У Panasonic и Pioneer таких средств не было. Они сосредоточились на улучшении плазменных панелей, но высокие затраты на производство и меньшие бюджеты не позволяли им выпускать телевизоры по конкурентным ценам или масштабировать технологии так же быстро, как это делали корейцы. К 2012 году, по данным DisplaySearch, доля плазмы на рынке упала до 5,5%, а LCD занимали около 85.

Появление OLED стало для плазмы роковым. Эта технология предлагала ещё более глубокий чёрный цвет, поддержку разрешений вплоть до 4K и меньший расход энергии. Первые OLED-телевизоры LG, вышедшие в 2013 году, устраняли главные недостатки плазмы, достигали большей яркости и работали в более светлых условиях.

Закат плазмы начался в 2010 году, когда её продажи пошли на спад. Производители столкнулись с убытками: высокие затраты на производство не окупались из-за падающего спроса. Первым тревожным сигналом стал выход Pioneer из рынка в 2010 году. Компания продала часть своих технологий Panasonic, надеясь, что те продолжат дело, но это не спасло плазму. Телевизоры Kuro, которые многие считали вершиной качества, просто исчезли.

По данным NPD Group, в 2013-м плазма занимала менее 2% мирового рынка телевизоров. В этом же году Panasonic, главный защитник плазмы, объявил, что прекратит производство к марту 2014 года. Компания объяснила это невозможностью конкурировать с масштабами LCD-индустрии. Как отмечали её представители, рынок требовал всё более дешёвых и универсальных решений, а плазма не могла угнаться за этими ожиданиями. LG и Samsung последовали их примеру, свернув свои линейки к концу 2014 года.

Последние модели, такие как Panasonic Viera VT60 с поддержкой 3D и Samsung F8500, получили восторженные отзывы за качество, но даже они не смогли переломить ситуацию. Производственные линии начали закрываться, и к 2015 году технология окончательно исчезла из продажи.

Плазменный телевизор Samsung/ OLED-телевизор Samsung.

Плазменный телевизор Samsung/ OLED-телевизор Samsung.

Вернуть плазму в 2025 году — почти фантастика. Производственные линии демонтированы, и их восстановление стоило бы миллиарды долларов. Да и в этом нет никакого смысла, современные технологии, такие как OLED и QLED, оставили плазму далеко позади. Они обеспечивают разрешение до 8K, яркость до нескольких тысяч нит и низкое энергопотребление, а QLED бьёт еще и не боится выгорания.

Но плазма оставила наследие. Её идеи — самосветящиеся пиксели, глубокий чёрный цвет, высокая контрастность — вдохновили создателей OLED. Плазма показала, что большие экраны могут быть красивыми и качественными. Её вклад живёт в современных телевизорах, которые продолжают её стремление к идеальной картинке.