Простые американцы рассказали о своем изобретении — секс-машинах
Электричество — великая вещь. Но только американцы до конца понимают, насколько великая. Фотографии и интервью Тимоти Арчибальда (Timothy Archibald).
No name («Безымянный»)
Йон Трэйвен, Айдахо-Сити, Айдахо: «Я обычный разведенный христианин, к промискуитету не расположен и тем не менее изобрел секс-машину. Идея пришла мне в голову за год до развода. Думал, это поможет наладить нашу сексуальную жизнь, но опоздал — жена подала на развод до того, как я доделал машину. Ко мне часто приходят семейные пары и говорят: “Йон, посиди с нами, выслушай нас”. И если мужу и жене нужно что-то, чтобы освежить отношения, а я могу это что-то сделать — почему бы нет? Правда, у своих клиентов я всегда требую свидетельство о браке и письменное заявление о том, что машина будет использоваться только в семье. Я как торговец оружием, который продает свой товар, только если он прошел испытания, а у покупателя есть разрешение на хранение оружия. А на выручку я строю ранчо для детского христианского лагеря».
Thrill hammer («Молот трепета»)
Аллен Стейн, бордель «Куриное ранчо», Парамп, Невада: «Я изобрел первую в мире секс-машину с выходом в интернет. Она сделана на основе стоматологического кресла, в которое встроен вибратор, компьютерный монитор и система освещения. Вся конструкция весит 200 кг, зато вибратор может ходить взад-вперед со скоростью 6500 оборотов в минуту и крутиться со скоростью 150 оборотов. Когда я изобрел мою машину, ею заинтересовалась хозяйка борделя “Куриное ранчо”, которую зовут Нирвана. Но когда мы собрали “Молот трепета”, ее энтузиазм поугас. Она сказала так: “Мы должны помнить, что наше заведение стало прообразом для фильма „Лучший публичный дом в Техасе“ (мюзикл начала 1980-х. — Прим. ред.), и все здесь должно быть в духе старого доброго Дикого Запада. Поэтому нужно эту штуку немного задрапировать тканью”. Вот этим я и занимаюсь».
Holy Fuck («Очень хорошо»)
Руиин и Тьюздей, Портленд, Орегон. Руиин: «Для меня главное не оргазм, а путь к нему. То же самое с этой машиной. Мне очень нравилось ее делать, прорабатывать каждую детальку. А когда дошло до дела — ничего особенного. Да, Тьюздей один раз попробовала, и все. Когда ее у меня просят попользоваться, я, конечно, даю, но не всем. Многие люди мне просто отвратительны. А это ведь не грабли, которые даешь соседу, чтобы он свой газон почистил. В общем, не знаю, что мы с ней будем делать. Скоро Хеллоуин, вот думаю, может, присобачить на нее игрушечное привидение и поставить перед домом — для детей, которые приходят за конфетами». Тьюздей: «Руиин — извращенец, это точно. Ну, не то чтобы полный извращенец. Просто он очень любит секс. Он такой: “В жизни все прекрасно”».
Orgazmo («Оргазмо»)
Кристи Ван Тиль Хендерсон, штат Невада: «”Оргазмо” — самая дорогая секс-машина на рынке, она стоит 6969 долларов. Но сама я не очень-то люблю все эти механизмы, мне больше нравится живой секс. Я вообще всем этим занимаюсь только потому, что пошла работать секретаршей к Рику, который эти штуки изобретает и продает. Первое время я не понимала, как это можно так запросто продать кому-нибудь электрический член за шесть тысяч долларов, но потом к этому привыкаешь, как к любой работе. Когда мы только открыли магазин с вывеской “Уникальные сексуальные игрушки, бесплатная демонстрация”, мы договорились, что я буду проводить эти демонстрации с мужчинами, а он — с женщинами. Все очень вежливо, профессионально и учтиво. Конечно, так получалось далеко не всегда. Вообще-то до свадьбы я жила в Кентукки, а отец у меня — проповедник».
Two to Tango («Танго вдвоем»)
Дуэйн Баккус, Эммет, Айдахо: «Я назвал эту работу “Танго вдвоем”, потому что нужно два человека, чтобы с ней управиться. Когда я ее только начал придумывать, для меня это было принципиально: я непременно хотел, чтобы в процессе участвовали двое. Первую сексуальную машину я сделал года два назад, после того как наткнулся на эти штуки на каком-то сайте типа World Sex News. Там было много очень сложных механизмов — маховики, электроприводы и тому подобное. А я подумал: почему бы попросту не использовать велосипедную раму? Но когда я собрал машину, пришлось год ждать полевых испытаний. Постоянной партнерши у меня тогда не было, поэтому людей для испытаний я искал едва ли не на улице. В итоге нашел одну пару — они пришли ко мне в мастерскую и прямо там, на месте, все испытали».
The One and Only («Первая и единственная»)
Фрэнк Раймер, Диксон, Калифорния: «Я вообще-то инженер, делаю всякие устройства на заказ для NASA и небольших частных компаний. Эта секс-машина — мой первый и единственный опыт. Мне было страшно стыдно перед друзьями, очень не хотелось, чтобы они узнали, что я ее делаю. Как выяснилось — совершенно зря. Они полностью поддержали меня в моем начинании. Не то чтобы тут же были готовы испробовать ее на себе. Но в теории она им нравится. А вот моей жене машина кажется чересчур холодной, механической. Для меня следующий важный шаг — это испытания машины, но очень трудно найти правильных людей. Семья и близкие здесь не подходят — они в любом случае скажут, что все прекрасно, просто чтобы поддержать меня, не обидеть. А давать объявления, встречаться со всякими странными людьми — это все не по мне».
Monkey Rocker («Обезьяна-качалка»)
Дэн и Джен Зихерт, Бейкерсфилд, Калифорния. Дэн: «Мы с женой договорились, что год поживем на ее зарплату — она у меня учительница в младшей школе, — а я в это время передохну и пойму, к чему приложить свою энергию. Как раз в тот момент я наткнулся в сети на эти механизмы. Они выглядели как настоящие мужские поделки: куча железа, болты, мотор. Все это совершенно чуждо чувственной женской природе. Мне же хотелось сделать что-то, что доставляло бы удовольствие женщинам: что-нибудь тихое, удобное, сдержанное, шикарное и привлекательное. Что-то, что женщины не боялись бы попробовать. Так получилась “Обезьяна-качалка”». Джен: «Меня совершенно не удивило, что Дэн придумал эту штуку. Не то чтобы мы были одержимы сексом. Просто Дэн — мужчина, и ему интересен секс как мастерство».
Atomic Rider («Атомный наездник»)
Скотт Ихалт, Чэмплин, Миннесота: «Я с детства люблю мастерить, это у меня от отца. Начинал я с Lego, а сейчас делаю такие приборы. Это устройство подходит всем: геям, парам, которые не занимаются сексом, и парам, которые хотят обогатить свою сексуальную жизнь. Я тут подумал, что неплохо было бы наладить доставку в женские тюрьмы. Почему бы нет? Мой босс — очень религиозный человек — меня целиком поддерживает, потому что считает, что эти штуки могут спасти много браков. Хотя поначалу были проблемы. В Bank of America не хотели давать мне кредит на раскрутку, думали, я им лапшу вешаю. Тогда я решил принести “Наездника” прямо в банк и показать его вице-президенту. Пришел и поставил его прямо в центре операционного зала. Всем стало безумно интересно, особенно пожилым людям — они явно понимали, что к чему».
Little Almighty («Всемогущий малыш»)
Эрик Уилсон, Ланкастер: «Как и все мои изобретения, своим появлением этот прибор обязан моей жене. Мы с ней идеально дополняем друг друга. Но мы женаты уже восемь лет, у нас двое детей, и в какой-то момент мы перестали чувствовать себя новобрачными. Тогда я подумал: а что если сделать настоящую секс-машину, которая занималась бы сексом с ней, пока она занимается сексом со мной? Я пошел в гараж, стал думать, что к чему, и через некоторое время сделал нашу первую секс-машину. Она работала от электрической дрели, была страшно неуклюжая, очень резкая, но мы с женой этого не замечали. Когда мы попробовали ее в первый раз, это был взрыв. Краска сыпалась со стен — так это было здорово. Мы занимались любовью всю ночь, а наутро жена прямо сияла. Всю неделю мы провели в спальне».
Hootchie Harley («Крутой Харлей»)
Кен Круз, Новый Орлеан, Луизиана: «Когда жена ее увидела, она сказала: “Даже не думай подходить ко мне с этой штуковиной”. В итоге я выставил ее на eBay, продал за 250 долларов, и дело с концом. Вообще, у меня семейный бизнес: нас в компании пять человек, в том числе мой отец, работаем в моем гараже. Когда люди узнают, чем я занимаюсь, они сразу представляют себе моих клиентов — грязных извращенцев. На самом деле это не так. Они обычные люди. Больше того, я уверен, что очень скоро секс-машины придут в каждый дом — как телевизоры или микроволновки. Сейчас я продаю около 30 штук в неделю. Самое забавное, что женатые мужики часто заказывают елдень кинг-конговских размеров, а женщины выбирают самые маленькие, какие есть у нас в ассортименте. Я благодаря этому очень многое понял про мужчин и женщин».
No name («Безымянный»)
Йон Трэйвен, Айдахо-Сити, Айдахо: «Я обычный разведенный христианин, к промискуитету не расположен и тем не менее изобрел секс-машину. Идея пришла мне в голову за год до развода. Думал, это поможет наладить нашу сексуальную жизнь, но опоздал — жена подала на развод до того, как я доделал машину. Ко мне часто приходят семейные пары и говорят: “Йон, посиди с нами, выслушай нас”. И если мужу и жене нужно что-то, чтобы освежить отношения, а я могу это что-то сделать — почему бы нет? Правда, у своих клиентов я всегда требую свидетельство о браке и письменное заявление о том, что машина будет использоваться только в семье. Я как торговец оружием, который продает свой товар, только если он прошел испытания, а у покупателя есть разрешение на хранение оружия. А на выручку я строю ранчо для детского христианского лагеря».
Thrill hammer («Молот трепета»)
Аллен Стейн, бордель «Куриное ранчо», Парамп, Невада: «Я изобрел первую в мире секс-машину с выходом в интернет. Она сделана на основе стоматологического кресла, в которое встроен вибратор, компьютерный монитор и система освещения. Вся конструкция весит 200 кг, зато вибратор может ходить взад-вперед со скоростью 6500 оборотов в минуту и крутиться со скоростью 150 оборотов. Когда я изобрел мою машину, ею заинтересовалась хозяйка борделя “Куриное ранчо”, которую зовут Нирвана. Но когда мы собрали “Молот трепета”, ее энтузиазм поугас. Она сказала так: “Мы должны помнить, что наше заведение стало прообразом для фильма „Лучший публичный дом в Техасе“ (мюзикл начала 1980-х. — Прим. ред.), и все здесь должно быть в духе старого доброго Дикого Запада. Поэтому нужно эту штуку немного задрапировать тканью”. Вот этим я и занимаюсь».
Holy Fuck («Очень хорошо»)
Руиин и Тьюздей, Портленд, Орегон. Руиин: «Для меня главное не оргазм, а путь к нему. То же самое с этой машиной. Мне очень нравилось ее делать, прорабатывать каждую детальку. А когда дошло до дела — ничего особенного. Да, Тьюздей один раз попробовала, и все. Когда ее у меня просят попользоваться, я, конечно, даю, но не всем. Многие люди мне просто отвратительны. А это ведь не грабли, которые даешь соседу, чтобы он свой газон почистил. В общем, не знаю, что мы с ней будем делать. Скоро Хеллоуин, вот думаю, может, присобачить на нее игрушечное привидение и поставить перед домом — для детей, которые приходят за конфетами». Тьюздей: «Руиин — извращенец, это точно. Ну, не то чтобы полный извращенец. Просто он очень любит секс. Он такой: “В жизни все прекрасно”».
Orgazmo («Оргазмо»)
Кристи Ван Тиль Хендерсон, штат Невада: «”Оргазмо” — самая дорогая секс-машина на рынке, она стоит 6969 долларов. Но сама я не очень-то люблю все эти механизмы, мне больше нравится живой секс. Я вообще всем этим занимаюсь только потому, что пошла работать секретаршей к Рику, который эти штуки изобретает и продает. Первое время я не понимала, как это можно так запросто продать кому-нибудь электрический член за шесть тысяч долларов, но потом к этому привыкаешь, как к любой работе. Когда мы только открыли магазин с вывеской “Уникальные сексуальные игрушки, бесплатная демонстрация”, мы договорились, что я буду проводить эти демонстрации с мужчинами, а он — с женщинами. Все очень вежливо, профессионально и учтиво. Конечно, так получалось далеко не всегда. Вообще-то до свадьбы я жила в Кентукки, а отец у меня — проповедник».
Two to Tango («Танго вдвоем»)
Дуэйн Баккус, Эммет, Айдахо: «Я назвал эту работу “Танго вдвоем”, потому что нужно два человека, чтобы с ней управиться. Когда я ее только начал придумывать, для меня это было принципиально: я непременно хотел, чтобы в процессе участвовали двое. Первую сексуальную машину я сделал года два назад, после того как наткнулся на эти штуки на каком-то сайте типа World Sex News. Там было много очень сложных механизмов — маховики, электроприводы и тому подобное. А я подумал: почему бы попросту не использовать велосипедную раму? Но когда я собрал машину, пришлось год ждать полевых испытаний. Постоянной партнерши у меня тогда не было, поэтому людей для испытаний я искал едва ли не на улице. В итоге нашел одну пару — они пришли ко мне в мастерскую и прямо там, на месте, все испытали».
The One and Only («Первая и единственная»)
Фрэнк Раймер, Диксон, Калифорния: «Я вообще-то инженер, делаю всякие устройства на заказ для NASA и небольших частных компаний. Эта секс-машина — мой первый и единственный опыт. Мне было страшно стыдно перед друзьями, очень не хотелось, чтобы они узнали, что я ее делаю. Как выяснилось — совершенно зря. Они полностью поддержали меня в моем начинании. Не то чтобы тут же были готовы испробовать ее на себе. Но в теории она им нравится. А вот моей жене машина кажется чересчур холодной, механической. Для меня следующий важный шаг — это испытания машины, но очень трудно найти правильных людей. Семья и близкие здесь не подходят — они в любом случае скажут, что все прекрасно, просто чтобы поддержать меня, не обидеть. А давать объявления, встречаться со всякими странными людьми — это все не по мне».
Monkey Rocker («Обезьяна-качалка»)
Дэн и Джен Зихерт, Бейкерсфилд, Калифорния. Дэн: «Мы с женой договорились, что год поживем на ее зарплату — она у меня учительница в младшей школе, — а я в это время передохну и пойму, к чему приложить свою энергию. Как раз в тот момент я наткнулся в сети на эти механизмы. Они выглядели как настоящие мужские поделки: куча железа, болты, мотор. Все это совершенно чуждо чувственной женской природе. Мне же хотелось сделать что-то, что доставляло бы удовольствие женщинам: что-нибудь тихое, удобное, сдержанное, шикарное и привлекательное. Что-то, что женщины не боялись бы попробовать. Так получилась “Обезьяна-качалка”». Джен: «Меня совершенно не удивило, что Дэн придумал эту штуку. Не то чтобы мы были одержимы сексом. Просто Дэн — мужчина, и ему интересен секс как мастерство».
Atomic Rider («Атомный наездник»)
Скотт Ихалт, Чэмплин, Миннесота: «Я с детства люблю мастерить, это у меня от отца. Начинал я с Lego, а сейчас делаю такие приборы. Это устройство подходит всем: геям, парам, которые не занимаются сексом, и парам, которые хотят обогатить свою сексуальную жизнь. Я тут подумал, что неплохо было бы наладить доставку в женские тюрьмы. Почему бы нет? Мой босс — очень религиозный человек — меня целиком поддерживает, потому что считает, что эти штуки могут спасти много браков. Хотя поначалу были проблемы. В Bank of America не хотели давать мне кредит на раскрутку, думали, я им лапшу вешаю. Тогда я решил принести “Наездника” прямо в банк и показать его вице-президенту. Пришел и поставил его прямо в центре операционного зала. Всем стало безумно интересно, особенно пожилым людям — они явно понимали, что к чему».
Little Almighty («Всемогущий малыш»)
Эрик Уилсон, Ланкастер: «Как и все мои изобретения, своим появлением этот прибор обязан моей жене. Мы с ней идеально дополняем друг друга. Но мы женаты уже восемь лет, у нас двое детей, и в какой-то момент мы перестали чувствовать себя новобрачными. Тогда я подумал: а что если сделать настоящую секс-машину, которая занималась бы сексом с ней, пока она занимается сексом со мной? Я пошел в гараж, стал думать, что к чему, и через некоторое время сделал нашу первую секс-машину. Она работала от электрической дрели, была страшно неуклюжая, очень резкая, но мы с женой этого не замечали. Когда мы попробовали ее в первый раз, это был взрыв. Краска сыпалась со стен — так это было здорово. Мы занимались любовью всю ночь, а наутро жена прямо сияла. Всю неделю мы провели в спальне».
Hootchie Harley («Крутой Харлей»)
Кен Круз, Новый Орлеан, Луизиана: «Когда жена ее увидела, она сказала: “Даже не думай подходить ко мне с этой штуковиной”. В итоге я выставил ее на eBay, продал за 250 долларов, и дело с концом. Вообще, у меня семейный бизнес: нас в компании пять человек, в том числе мой отец, работаем в моем гараже. Когда люди узнают, чем я занимаюсь, они сразу представляют себе моих клиентов — грязных извращенцев. На самом деле это не так. Они обычные люди. Больше того, я уверен, что очень скоро секс-машины придут в каждый дом — как телевизоры или микроволновки. Сейчас я продаю около 30 штук в неделю. Самое забавное, что женатые мужики часто заказывают елдень кинг-конговских размеров, а женщины выбирают самые маленькие, какие есть у нас в ассортименте. Я благодаря этому очень многое понял про мужчин и женщин».
Комментариев 5
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.