«На финише он был весь черный»
18 июля 1959 года в Филадельфии состоялась встреча между сборными СССР и США по легкой атлетике. Проводить ее было опасно из-за аномально сильной жары и высокой влажности. Однако представители федераций отказались переносить старт — каждый думал, что это сочтут проявлением слабости. На дистанцию 10 000 метров вышли четыре спортсмена. После финиша на ногах остался только один, Алексей Десятчиков. Американец Роберт Сот пережил клиническую смерть прямо на стадионе, а его соотечественник Макс Труэкс и советский атлет Хуберт Пярнакиви оказались в реанимации и впоследствии так и не смогли восстановить здоровье. О состязании, которое справедливо назвали «забегом смерти», — в материале «Ленты.ру».
До 1983 года классических чемпионатов мира по легкой атлетике не проводилось. Единственным турниром, в котором участвовали атлеты более чем из двух стран одновременно, был Кросс Наций — его организовывали ежегодно с 1903-го по 1972-й с перерывами на время мировых войн. Еще регулярно устраивали матчевые встречи между странами, и они считались главными соревнованиями для подготовки к Олимпийским играм.
Правила были просты. Четырем спортсменам — участвовали по два бегуна от страны — нужно было преодолеть десятикилометровую дистанцию. Победитель приносил команде пять очков, финишировавший вторым — три, третьим — два, а последним — одно. За сход с дистанции атлет не получал ничего. В одной из таких встреч, в июле 1959-го в Филадельфии, сошлись стайеры из СССР и США: Алексей Десятчиков и Хуберт Пярнакиви против Роберта Сота и Макса Труэкса.
Годом ранее в Москве американцы в аналогичном противостоянии проиграли и теперь рассчитывали на реванш. Советская команда не собиралась сдавать позиции. И хотя утром в день соревнований было ясно, что бежать нельзя, слишком велик был соблазн все-таки дать старт. Столбик термометра к обеду 18 июля поднялся до 34 градусов. Хотя температура сама по себе некритичная, при влажности 85-90 процентов она стала непереносимой. Врачи били тревогу: забег нужно было переносить хотя бы на вечер. Организаторы не могли решить ничего без одобрения советской и американской команд, а те отказались что-либо менять, чтобы не показать слабости перед соперником.
Итак, в 13:00 по местному времени четыре атлета вышли на стартовую линию арены «Франклин Филд».
«Он стал бежать медленнее, пока наконец не рухнул»
Первые семь километров прошли спокойно. Десятчиков и Пярнакиви лидировали, темп был средним. Никто не торопился — все выжидали. В такую погоду все должна была решить тактика: считалось, что ускоряться нужно не ранее чем за километр до финиша. Иные действия были сродни самоубийству — какой будет реакция организма на внезапное увеличение нагрузки за приличное расстояние до конца, предугадать никто не брался. Однако Сот задумал переиграть соперников, оторвавшись от них уже на восьмом километре. Видимо, почувствовал силы везти всех на себе.
И он действительно лидировал следующие несколько сотен метров. А потом прямо на ходу стал терять сознание. На кадрах хроники видно, как его ноги стали заплетаться в прямом смысле: спортсмен будто закружился в каком-то жутком танце и упал. «Первым сломался Сот. Он стал бежать все медленнее, пока наконец не рухнул на дорожку», — вспоминал Десятчиков. Роберт пытался подняться несколько раз, но ему это не удалось. Более того, судьи не подпускали к нему врачей, так как это привело бы к дисквалификации. Советский доктор по фамилии Петров пытался прорваться к атлету, но безуспешно. Организаторы надеялись, что американец придет в себя сам и продолжит забег. На кону ведь стояла репутация страны!
Спустя несколько минут Сот встал и, озираясь, развел руками: он не понимал, что ему делать и куда бежать. Ревущие трибуны подсказали направление, и спортсмен сделал несколько рывков. После чего упал, с виду — замертво. Петров подхватил американца и унес в тень. «Это был вопрос жизни и смерти. У Сота не было ни солей в организме, ни кислорода. Все вышло», — объяснял врач. Петров уже делал атлету массаж сердца, когда подбежали американские доктора. Какое-то время Роберт не подавал признаков жизни, но его удалось спасти. Позже медики постановили: это была клиническая смерть.
«Он бежал на одной воле»
Когда Сот упал, сильно сбавил и Пярнакиви. Американец рухнул буквально ему под ноги, но Хуберт в тот момент, по собственному признанию, уже не понимал, что происходит. «Он бежал не на сознании, а на одной воле», — подтверждает заслуженный тренер СССР Гавриил Коробков, который был на стадионе в тот день. Несмотря на это, эстонец нетвердым шагом продолжал движение. Он пропустил вперед Труэкса, который тоже был на грани. Хуберт размахивал руками, вертел головой, но сниматься с дистанции отказывался — еще надеялся принести команде очки.
Я думаю, что если бежать, то каждый раз — до конца. Я все время бежал до конца. Надо бежать до конца! До конца!
Хуберт Пярнакиви
Заслуженный мастер спорта СССР
Смысл продолжать у эстонца действительно оставался: его партнер Десятчиков, в отличие от обоих американцев, выглядел относительно свежим, так что у СССР были отличные шансы на победу. Когда Соту стали оказывать помощь, на стадионе началась неразбериха. «Публика плакала. Но самое страшное, что судьи перестали судить. Говорят, Десятчиков пробежал лишний круг, потому что судьи перестали их считать. И он пробежал! Десять тысяч четыреста метров. Это был железный человек, на финише он был весь черный. Но зато остался на ногах, единственный из всех», — описывает Коробков. Советский атлет выиграл с результатом 31 минута 40,6 секунды.
Вслед за Десятчиковым завершил забег Труэкс. Ему тоже пришлось перебрать с кругами. Третьим пересек черту Пярнакиви. По неподтвержденной информации, на последние сто метров спортсмен потратил целую минуту — настолько тяжело давался каждый шаг. Двое последних финишировали фактически в падении: оба рухнули на дорожку и в неестественной позе ждали врачей. Их сразу же забрали кареты скорой помощи, в реанимации каждый провел неделю.
Советская команда победила. Правда, на следующий день состоялся женский забег, и по итогам двух соревновательных дней золото все равно досталось американцам.
Как сложились их судьбы?
Это был, по сути, конец карьеры для каждого из участников соревнований. И даже для Десятчикова, который перенес забег без видимых последствий для здоровья. В 1960-м он вышел на старт Олимпийских игр в Риме, но стал только четвертым. В том же году завоевал золото не слишком статусного турнира — первенства Скандинавских стран — и навсегда пропал с радаров.
Пярнакиви восстановился для обычной жизни, но не для спорта. Он больше не мог бегать с прежней скоростью и не отобрался на Олимпиаду. После этого на дорожке его больше не видели. Только памятник в Эстонии и напоминает о его героизме. Похожая судьба у Сота — он тоже не смог вернуть былую форму и бросил соревноваться. А Труэкс, несмотря на появившиеся проблемы с сердцем, все-таки побежал на Играх в Риме, но занял лишь шестое место. В 1962 году он вновь добился права представлять США в матче с легкоатлетами из СССР. Там он заработал кровавую мозоль, от которой не мог избавиться больше года, и завершил выступления. А в 40 лет у него диагностировали болезнь Паркинсона.
В СССР о подвиге легкоатлетов не говорили 12 лет. Почему — загадка. Во всяком случае, намеренно эту информацию никто не скрывал, а в 1959-м на радио даже вышел новостной сюжет, посвященный матчевой встрече в Филадельфии. Просто он был довольно сухим, без драматических деталей. Всю правду широкая публика узнала из фильма Элема Климова «Спорт, спорт, спорт» (1970), где были использованы кадры хроники. Эту видеозапись режиссеру предоставил американский болельщик, который тестировал камеру во время забега и подумать не мог, что она окажется столь ценной. Спустя две недели после выхода картины Пярнакиви даже удостоили звания заслуженного мастера спорта. Об этом позаботился лично Леонид Брежнев. Десятчиков получил ЗМС раньше — во время Игр-1960.
Сейчас из участников «забега смерти» жив только Сот, ему 86 лет. Труэкс умер в 1991 году, Пярнакиви — в 1993-м, Десятчиков — в 2018-м.
Ангелина Никитина
https://lenta.ru/articles/2020/02/13/run/
До 1983 года классических чемпионатов мира по легкой атлетике не проводилось. Единственным турниром, в котором участвовали атлеты более чем из двух стран одновременно, был Кросс Наций — его организовывали ежегодно с 1903-го по 1972-й с перерывами на время мировых войн. Еще регулярно устраивали матчевые встречи между странами, и они считались главными соревнованиями для подготовки к Олимпийским играм.
Правила были просты. Четырем спортсменам — участвовали по два бегуна от страны — нужно было преодолеть десятикилометровую дистанцию. Победитель приносил команде пять очков, финишировавший вторым — три, третьим — два, а последним — одно. За сход с дистанции атлет не получал ничего. В одной из таких встреч, в июле 1959-го в Филадельфии, сошлись стайеры из СССР и США: Алексей Десятчиков и Хуберт Пярнакиви против Роберта Сота и Макса Труэкса.
Годом ранее в Москве американцы в аналогичном противостоянии проиграли и теперь рассчитывали на реванш. Советская команда не собиралась сдавать позиции. И хотя утром в день соревнований было ясно, что бежать нельзя, слишком велик был соблазн все-таки дать старт. Столбик термометра к обеду 18 июля поднялся до 34 градусов. Хотя температура сама по себе некритичная, при влажности 85-90 процентов она стала непереносимой. Врачи били тревогу: забег нужно было переносить хотя бы на вечер. Организаторы не могли решить ничего без одобрения советской и американской команд, а те отказались что-либо менять, чтобы не показать слабости перед соперником.
Итак, в 13:00 по местному времени четыре атлета вышли на стартовую линию арены «Франклин Филд».
«Он стал бежать медленнее, пока наконец не рухнул»
Первые семь километров прошли спокойно. Десятчиков и Пярнакиви лидировали, темп был средним. Никто не торопился — все выжидали. В такую погоду все должна была решить тактика: считалось, что ускоряться нужно не ранее чем за километр до финиша. Иные действия были сродни самоубийству — какой будет реакция организма на внезапное увеличение нагрузки за приличное расстояние до конца, предугадать никто не брался. Однако Сот задумал переиграть соперников, оторвавшись от них уже на восьмом километре. Видимо, почувствовал силы везти всех на себе.
И он действительно лидировал следующие несколько сотен метров. А потом прямо на ходу стал терять сознание. На кадрах хроники видно, как его ноги стали заплетаться в прямом смысле: спортсмен будто закружился в каком-то жутком танце и упал. «Первым сломался Сот. Он стал бежать все медленнее, пока наконец не рухнул на дорожку», — вспоминал Десятчиков. Роберт пытался подняться несколько раз, но ему это не удалось. Более того, судьи не подпускали к нему врачей, так как это привело бы к дисквалификации. Советский доктор по фамилии Петров пытался прорваться к атлету, но безуспешно. Организаторы надеялись, что американец придет в себя сам и продолжит забег. На кону ведь стояла репутация страны!
Спустя несколько минут Сот встал и, озираясь, развел руками: он не понимал, что ему делать и куда бежать. Ревущие трибуны подсказали направление, и спортсмен сделал несколько рывков. После чего упал, с виду — замертво. Петров подхватил американца и унес в тень. «Это был вопрос жизни и смерти. У Сота не было ни солей в организме, ни кислорода. Все вышло», — объяснял врач. Петров уже делал атлету массаж сердца, когда подбежали американские доктора. Какое-то время Роберт не подавал признаков жизни, но его удалось спасти. Позже медики постановили: это была клиническая смерть.
«Он бежал на одной воле»
Когда Сот упал, сильно сбавил и Пярнакиви. Американец рухнул буквально ему под ноги, но Хуберт в тот момент, по собственному признанию, уже не понимал, что происходит. «Он бежал не на сознании, а на одной воле», — подтверждает заслуженный тренер СССР Гавриил Коробков, который был на стадионе в тот день. Несмотря на это, эстонец нетвердым шагом продолжал движение. Он пропустил вперед Труэкса, который тоже был на грани. Хуберт размахивал руками, вертел головой, но сниматься с дистанции отказывался — еще надеялся принести команде очки.
Я думаю, что если бежать, то каждый раз — до конца. Я все время бежал до конца. Надо бежать до конца! До конца!
Хуберт Пярнакиви
Заслуженный мастер спорта СССР
Смысл продолжать у эстонца действительно оставался: его партнер Десятчиков, в отличие от обоих американцев, выглядел относительно свежим, так что у СССР были отличные шансы на победу. Когда Соту стали оказывать помощь, на стадионе началась неразбериха. «Публика плакала. Но самое страшное, что судьи перестали судить. Говорят, Десятчиков пробежал лишний круг, потому что судьи перестали их считать. И он пробежал! Десять тысяч четыреста метров. Это был железный человек, на финише он был весь черный. Но зато остался на ногах, единственный из всех», — описывает Коробков. Советский атлет выиграл с результатом 31 минута 40,6 секунды.
Вслед за Десятчиковым завершил забег Труэкс. Ему тоже пришлось перебрать с кругами. Третьим пересек черту Пярнакиви. По неподтвержденной информации, на последние сто метров спортсмен потратил целую минуту — настолько тяжело давался каждый шаг. Двое последних финишировали фактически в падении: оба рухнули на дорожку и в неестественной позе ждали врачей. Их сразу же забрали кареты скорой помощи, в реанимации каждый провел неделю.
Советская команда победила. Правда, на следующий день состоялся женский забег, и по итогам двух соревновательных дней золото все равно досталось американцам.
Как сложились их судьбы?
Это был, по сути, конец карьеры для каждого из участников соревнований. И даже для Десятчикова, который перенес забег без видимых последствий для здоровья. В 1960-м он вышел на старт Олимпийских игр в Риме, но стал только четвертым. В том же году завоевал золото не слишком статусного турнира — первенства Скандинавских стран — и навсегда пропал с радаров.
Пярнакиви восстановился для обычной жизни, но не для спорта. Он больше не мог бегать с прежней скоростью и не отобрался на Олимпиаду. После этого на дорожке его больше не видели. Только памятник в Эстонии и напоминает о его героизме. Похожая судьба у Сота — он тоже не смог вернуть былую форму и бросил соревноваться. А Труэкс, несмотря на появившиеся проблемы с сердцем, все-таки побежал на Играх в Риме, но занял лишь шестое место. В 1962 году он вновь добился права представлять США в матче с легкоатлетами из СССР. Там он заработал кровавую мозоль, от которой не мог избавиться больше года, и завершил выступления. А в 40 лет у него диагностировали болезнь Паркинсона.
В СССР о подвиге легкоатлетов не говорили 12 лет. Почему — загадка. Во всяком случае, намеренно эту информацию никто не скрывал, а в 1959-м на радио даже вышел новостной сюжет, посвященный матчевой встрече в Филадельфии. Просто он был довольно сухим, без драматических деталей. Всю правду широкая публика узнала из фильма Элема Климова «Спорт, спорт, спорт» (1970), где были использованы кадры хроники. Эту видеозапись режиссеру предоставил американский болельщик, который тестировал камеру во время забега и подумать не мог, что она окажется столь ценной. Спустя две недели после выхода картины Пярнакиви даже удостоили звания заслуженного мастера спорта. Об этом позаботился лично Леонид Брежнев. Десятчиков получил ЗМС раньше — во время Игр-1960.
Сейчас из участников «забега смерти» жив только Сот, ему 86 лет. Труэкс умер в 1991 году, Пярнакиви — в 1993-м, Десятчиков — в 2018-м.
Ангелина Никитина
https://lenta.ru/articles/2020/02/13/run/
Комментариев 1
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.